С самого утра Люси была в хорошем настроении. Снег весело искрился на солнце, морозный воздух румянил щёки, а деревья стояли словно в серебре. Шалуньи птички то и дело перелетали с ветки на ветку, осыпая снежок. Наскоро позавтракав, и одевшись потеплее: меховой полушубок, вязаная шапочка, костюм для верховой езды и сапоги, отороченные натуральным мехом, Лу побежала к конюшне. В нос ударил запах лошадей, но девочка любила его. Ветер, чёрный конь с удивительными шоколадными глазами, беспокойно переминался с ноги на ногу, из его ноздрей валил пар. Увидев Лу, он призывно заржал, как бы говоря: "Ну, давай же, пойдём гулять! На улице чудесная погода!". Люси смеясь похлопала его по спине: они с Ветром понимали друг друга без слов. Девочка оседлала коня и приторочила к седлу походную сумку, затем легко вспрыгнула ему на спину. "Но, пошёл!" - Ветер рысцой направился к воротам. Почуяв свободу он нёсся как угорелый, и Люси наслаждалась этой ездой. Вскоре невдалеке показалась Нида. "Здравствуй!" - окликнула её Лу, останавливая коня.
Офф-топ: старайся писать не менее 5-ти строк.

Люси кивнула головой, как и полагалось царственной особе, а затем крепко обняла подругу. Щёки девочки раскраснелись от мороза, глаза радостно сияли в предвкушении увлекательной поездки. Сейчас она была похожа на маленький ураган, вот-вот готовый сорваться с места и улететь.
- Думаю, что было бы неплохо поехать через Лютиковую поляну в лес. Там можно будет привязать коней, а самим вдоволь наваляться в снегу! - Люси уже загорелась новой идеей и нетерпеливо притоптывала ногами. Сейчас она очень напоминала Ветра, который постукивал копытами по оледянелой дороге, в ожидании движения. Люси вдруг лукаво улыбнулась, наклонилась к земле и слепила снежок. Смеясь она запустила его в Ниду, а затем побежала по рыхлому снегу, но увязла в нём и повалилась в снег. Всю округу огласил её звонкий смех.

Снежок попал Люси в лоб, и она немедленно сделала ответный выстрел. Метко брошеный комочек снега попал Ниде по носу. Лу не стала дожидаться возмездия и попыталась освободить увязшую в снегу ногу. Наконец ей это удалось и девочка побежала, то и дело опять проваливаясь. Лу бежала не оглядываясь и наслаждалась чудесным зимним днём. Ветерок давно уже растрепал девочке волосы, костюм начал намокать от снега, но Люси не было холодно, отнюдь! Щёки её пылали здоровым румянцем, глаза радостно блестели и от жары хотелось скинуть полушубок. Наконец Лу умаялась и стала пробираться к дороге, со стороны которой доносилось ржание Ветра. Девочка выбралась к воротам и окликнула подругу: "Поехали! А то к обеду не вернёмся!".

Ветер и Вирда неслись изо всех сил. Их копыта гулко стучали по обледенелому камню мостовой. Но вот наконец показались городские ворота и лошади проскочили под ними, стремясь оказаться на свободе. Теперь они скакали по просёлочной дороге, но Лу натянула поводья и заставила Ветра повернуть вправо, к Лютиковой поляне. Лошади поехали медленнее: снег был рыхлый и неутоптанный. Наконец девочки смогли отдышаться. "Вообще должна сказать что я намеревалась сделать многодневное путешествие" - услышала Люси слова подруги и слегка погрустнела. "Ксожалению я не смогу: на вечер назначено заседание Совета, и я должна быть в Кэр-Паравале засветло... Но не стоит терять надежды: мы сможем отправиться в поход через пару дней, заодно можем и Яву взять: бедняжка сидит в четырёх стенах и без охраны никуда не уходит..." - сказала девочка, направляя коня, - "А сей час было бы очень здорово погулять в лесу! Поехали!" - она поманила рукой подругу.

Люси пригнулась и шепнула Ветру на ухо: "Быстрее! Вперёд!", кони побежал быстрее. Вот это была картина! Две всадницы скачут, что есть сил по необозримому снежному простору, волосы, давно уже выбившиеся из под шапки, развеваются по ветру. Люси прижалась к лошадиной шее, ветер свистел в ушах, глаза горели азартом. Сей час всё вокруг потеряло значение, стало неважным... Существовал только снег, снег и ветер, и эта безумная скачка в Никуда. Вдалеке показалась тёмно-зелёная кромка леса. Царственные ели возвышались над безлюдной равниной, их могучие лапы покрывали снежные шапки. Неосторожная белка, пробегая по веткам, обрушивала целую снежную лавину на какого-нибудь незадачливого зайца, оказавшегося в этот момент под деревом. Девочки подъехали к первым деревьям. Люси легко соскочила с коня, впрочем ноги её немного дрожали. Девочка привязала Ветра к ближайшей сосне, прошептав на ухо что-то ласковое, что бы не скучал. Конь печально опустил голову: он понимал, что ехать сейчас по лесу на нём было бы безумием. Лу похлопала Ветра по спине и поманила рукой Ниду: "Пойдём скорее!" - сгорая от нетерпения воскликнула она.

Филя с аппетитом уплетал свой заватрак, когда потолок прошибла чья-то нога. Филька испугано вскочил и заметался по норе. "Караул! Спасите! Конец света! Дифицит моркови!" - перечислив все самые страшные бедствия он немного успокоился и подошёл к Ноге. "Здравствуйте, уважаемая! - обратился он к ней, - вы здесь совершенно не к месту!" - Филька дотронулся лапкой до сапога. "Эй! Вы меня слышите?" - крикнул он.

Люси с трудом высвободила ногу и услышала из-под земли голос: "Здравствуйте, уважаемая! Вы здесь совершенно не к месту!". "Да это кроличья нора!" - воскликнула Нида. Люси с интересом заглянула внутрь, толком разглядеть ей ничего не удалось, тогда она наклонилась чуть ниже и, подобно Кэролловской Алисе, провалилась в отверстие. Своим весом она значительно увеличила дыру. Лу оказалась посреди достаточно просторной комнаты (хм-хм... или норы...), её освещали керосиновые лампы и яркий огонь в очаге. В норе было очень уютно: удобная и простая мебель, запахи готовящейся рыбы, потрескивание огня в очаге... Тут Люси увидела обитателей норы: двух зайцев. Побольше была явно умудрённая опытом зайчиха, а поменьше - совсем ещё маленький и озорной зайчишка.

Бабушка Зайчиха удивлённо осмотрела нежданных гостей. Услышав слова одной из свалившихся, как снег на голову девочек, она решительно произнесла: «Эка какие шустрые! Чинить, да чинить... Крыша подождёт! А ну быстро за стол! Ишь чего удумали, - Зайчиха покачала головой, - убежать, крышу чинить на голодный желудок!» - она всё ещё не могла прийти в себя от праведного возмущения.
Филька ошалело смотрел на гостей. Немного почесав лапой в затылке, он представился: «Ээээ, а я этот, Филя в общем...».

Бабушке зайчихе доставляло величайшее удовольствие наблюдать, как уплетают её кушанья. Она то и дело предлагала добавку и сетовала на то, что все "так мало едят". Цветущая улыбка не покидала её мордочки и она была вполне довольна собой.
***
Федька то и дело вскакивал с места и принимался скакать по комнате. Он болтал без умолку, да так, что можно было бы подумать, что он - сорока.

- Хочу ли я? - Федька польщённо навострил уши, - Конечно! Да я... я... я самый храбрый заяц в лесу! - он победно поднял мордочку. Именно в этот момент сверху на него упал комок снега и он испуганно отскочил. Сконфузившись Федька отошёл в сторону и закрыл мордочку лапами.

- Хочу ли я? - Федька удивлённо поднял уши, - да чтобы я - и не хотел! - это было произнесено таким тоном, что сразу стала понятна вся несуразность вопроса, - "А ты не шутишь? Правда сможешь научить?" - он подозрительно ткнуллапкой воздух.

Кончно не против! - Лу улыбнулась: чаепитие доставляло ей истинное удовольствие.

Ох уж этот шалунишка! - зайчиха всплеснула руками, - Да с ним никакого сладу не будет, если я откажу...